Česká spořitelna

Фатальная неприятность может опрокинуть одного человека, однако, будучи «распределённой» между тысячами людей, скорее всего, покажется ничтожной.

В этом есть nervus rerum и цимес страхования.

Вообще говоря, распределение рисков практиковалось с незапамятных времён.

• Древнеримские купцы-путешественники уже брали морские займы (foenus nauticum) под залог своих кораблей или перевозимых на них грузов.
• Их Navis oneraria могла быть атакована пиратами или сгинуть в шторме, а перевозимый товар – попросту протухнуть.
• Оптимизм бизнес-проекту придавало «имущественное страхование торговых рисков».

Морские займы в те времена работали так:

• ростовщик давал большому количеству купцов деньги в долг, и
• если чей-то корабль не довозил товар, купец ничего не возвращал.
• риски кредитор покрывал огромными процентами от удачных миссий.

Его вознаграждение всегда кратно превышало обычные «наземные» ставки по займам и фактически включало в себя плату за страховку.

На практике это выглядело примерно так…

…Купец вкладывал всё своё состояние в груз. Коль скоро корабль благополучно приходил в пункт назначения – он с прибылью, в противном случае – банкрот.

Допустим, из 100 кораблей погибало 5, а значит, если кредитор распределил стоимость риска между сотней торговцев, он никогда не в убытке.

К XV–XVI векам морское страхование уже было обычной практикой европейской торговли.

Набив руку на морских перевозках, кредиторы занялись пожарным страхованием.

• Средневековый город был беззащитен от огня – дерево, солома, тесная застройка, печи и свечи гарантировали колоссальные риски массовых пожаров.
• Лондон, 1666 год. Сгорело 13 тысяч домов – случился финансовый Армагеддон. Всем стало ясно – пришло время страховаться.

Спустя четырнадцать лет Николас Барбон открыл Fire Office – первую компанию по страхованию недвижимости от пожаров.

• Примерно тогда же начала развиваться математика с прикладными инструментами для статистической оценки продолжительности жизни.
• Страховое дело обогатилось сложными вычислениями и двинулось дальше – пришло время рассчитывать вероятности будущих событий.

Ещё в начале XVIII века чешский экономист Jan Kryštof Bořek предложил создать специальный фонд для компенсации ущерба от пожаров, но дело не пошло.

Во второй половине XVIII века Мария Терезия пыталась создавать страховые учреждения, однако её начинание натолкнулось на решительное сопротивление сословий, посчитавших, что страховой сбор превратится в очередной налог.

• Тогда ещё не существовало статистических баз и юридических основ, да и не было необходимого количества потенциальных клиентов, а посему проекты замирали, буксовали и не реализовывались.

XIX век – эпоха индустриализации, железных дорог, стремительного роста городов и массового распространения банковского дела – страховать начали всё и повсюду.

До 1918 года Чехия была вотчиной Габсбургской монархии, а потому страхование в ней происходило в рамках общеимперской правовой и экономической системы.

Перелом наступил в 1819 году – специальный императорский патент позволил создавать частные страховые компании, после чего отстартовал местный страховой бум.

27 октября 1827 года был утверждён устав «Императорско-королевского привилегированного чешского совместного учреждения, страхующего возмещение ущерба, причинённого пожаром» (Císařsko-královský, privilegovaný, český, společný, náhradu škody ohněm svedené pojišťující ústav).

Позже его переименовали в «Первую чешскую взаимную страховую компанию» (První česká vzájemná pojišťovna). У неё было всё: юридическая форма, профессиональное управление, страховые договоры, статистический расчёт премий и могучий резервный фонд.

С этого времени страхование стало неотъемлемой частью национального экономического проекта и начали строиться роскошные страховые здания-дворцы с монументальными фасадами, мраморными лестницами и операционными залами с бесконечно высокими потолками.

Всё это должно было говорить: «У нас есть капитал, у нас есть мощные финансовые инструменты, мы способны конкурировать с Веной и Берлином, мы богаты, мы надёжны, мы здесь надолго – дайте нам свои деньги, и мы возьмём на себя ваши риски».

«Пражская городская сберегательная касса» (Městská spořitelna pražská) была основана в 1875 году как финансовый институт, ориентированный на сбережения жителей Праги.

Поначалу она располагалась в Староместской ратуше, а с 1886 года – в доме Staré rychty. Довольно скоро стало понятно, что дом натурально лопается от растущего числа клиентов.

• В 1875 году было 2 908 вкладчиков, а к 1895 году – уже 84 350.
• К 1915 году число вкладчиков приблизилось к 178 тысячам,
• а в 1930 году достигло примерно 414 тысяч.

В 1888 году было принято решение строить монументальное представительное здание, и через пару лет Городская сберегательная касса приобрела участок, где когда-то располагались торговые ряды и театр v Kotcích.

Главными архитекторами стали виднейший представитель чешского неоренессанса Антонин Виль и известнейший пражский зодчий рубежа веков – Освальд Поливка.

• Совместный проект был ими разработан к 1891 году.
• Начало строительства состоялось в сентябре того же года.
• Грубая строительная коробка была завершена в ноябре 1892 года.
• Последующие два года ушли на создание лепнины, скульптур и внутреннюю отделку.

25 июня 1894 года состоялось открытие дворца с рустованным первым этажом, строгим ритмом окон, полуциркульными арочными окнами, каннелированными колоннами, пилястрами верхних этажей, балюстрадами и консольным карнизом с изящным аттиком.

Помимо этого, фасад «Пражской городской сберегательной кассы» заполнился аллегорическим языком экономической морали XIX века.

• На фасаде с двух сторон расположились добродетели Бережливости, Прилежания, Промышленности, Благосостояния, Осторожности, Умеренности, Хозяйственности и Земледелия.

Кроме того, если присмотреться к верхней части фасада, между окнами можно увидеть многочисленные декоративные медальоны и гербы исторических частей Праги.

После переезда в новый дом вкладчиков у ПГСК прибавилось ещё, и в 1931 году Освальд Поливка надстроил третий этаж.

• В 1941 году Městská spořitelna pražská объединилась со Сберегательной кассой Королевских Виноград.
• В 1943 году к ней присоединились ещё несколько финансовых учреждений.
• В итоге образовалась Spořitelna pražská с центром в Rytířská 536/29.

1 января 1952 года здание было передано структурам коммунистической власти и перестало быть прежним банковским дворцом.

Чуть позже в нём разместился музей Клемента Готвальда, посвящённый истории коммунистического движения в Чехословакии.

После Бархатной революции 1989 года весь комплекс вернулся к исполнению банковских функций, и с тех пор здесь располагается Чешская сберегательная касса (Česká spořitelna).

В 2005–2008 годах архитектурное бюро ASGK провело масштабную реконструкцию:

• были восстановлены фасады,
• модернизированы все интерьеры,
• обновлены инженерные системы и
• отреставрирована историческая отделка.

Ныне – это одновременно архитектурный, художественный, экономический и политический памятник, переживший Австро-Венгрию, Первую республику, нацистскую оккупацию, коммунистический режим и доживший до восстановления демократии.

Здание имеет статус культурного памятника Чехии.